Талант и забвение архитектора

Талант и забвение архитектора

 

Талант и забвение архитектора. Среди блестящей плеяды зодчих, работающих каждый в свое время в Ставропольской губернии, особое место занимает «князь созидания» — Григорий Павлович Кусков, родившийся простолюдином. Он был автором проектов самых красивых зданий Ставрополя, ставших шедеврами городской архитектуры. В советские годы замалчивался тот факт, что «главный архитектор» Ставрополя Григорий Кусков, не был выходцем из привилегированного сословия и своего высокого положения добился исключительно собственными усилиями. Ведь большевистская пропаганда долгое время доказывала нам как раз то, что подобное было невозможно в царской России.

На самом же деле Григорий Павлович родился 10 января 1871 года в станице Новошерстобитовой Темрюкского отдела Кубанской области. После окончания в 1889 году кубанского реального училища в Екатеринодаре, как лучший ученик, получил право учиться в Петербуржском институте гражданской инженерии.
Там Кусков получал стипендию в 25 рублей в месяц, зарабатывал и личным трудом, чертежами и рисунками, на строительных работах в качестве практиканта и, благодаря этому, докончил образование. То есть и в те времена деньги имели большое значение, как и сегодня. Но не первостепенное.
В итоге молодой специалист окончил институт в 1894 году с золотой медалью имени профессора Беспалова «За приложение строительной механики к строительному искусству» и диплом гражданского инженера, получив направление в Ставрополь, где уже скоро получает должность губернского инженера. И сразу начинает строить по всей округе мельницы, мосты, дороги, водопроводы и многие другие объекты.
Но прозвище в народе он получил «церковный строитель». Почему? Как сообщают нам архивные источники, Григорий Павлович, большую часть своей творческой жизни, посвятил храмовому строительству. Всего по Ставропольской губернии он возвел более сорока православных церквей и соборов.
Не остался в стороне и сам Град Креста. Здесь им, на месте старой деревянной церкви Святого Андрея Первозванного, возводится новый красавец-храм на 1500 молящихся. Его внешний и внутренний облик вобрал в себя черты лучшего церковного зодчества. Фасад здания, разделенный карнизами на три яруса, украшали полукруглые окна с декоративными кованными решетками и арочными наличниками. Над тамбуром возвышались каменные главки. Восьмигранный барабан храма с большими, тоже полукруглыми окнами, венчался куполом из штампованных железных пластин, увенчанным вызолоченным крестом на удлиненной луковице, который как бы парил в голубизне неба.
Внутренние своды храма опирались на двенадцать колонн, декорированных пилястрами с вазами и капителями. На хоры, огражденными точеными балясинами тонкого рисунка, вели узорчатые чугунные ступени винтовой лестницы. Между приделами в честь Святой иконы Казанской Божьей Матери и Святого Николая Чудотворца располагался центральный престол с кипарисовым, полностью вызолоченным трехъярусным иконостасом, вмещавшим более пятидесяти икон.
В росписи храма, отличавшийся необыкновенной одухотворенностью, участвовал осетинский поэт и художник Коста Хетагуров. Новое архиерейское подворье, с новым зданием архиерейского дома, воздвигнутого к 900 летию крещения Руси, стало главным христианским очагом огромной Ставропольской епархии. Стоимость работ, кстати, тогда оценивалась в 175 тысяч серебряных рублей.
Однако Кусков строил не только православные храмы. Украшением бывшей Гимназической улицы (ныне Морозова) была и остается бывшая мусульманская мечеть, будто пришедшая к нам из сказки «Тысяча и одна ночь». На средства города и общества в 1913 году архитектор Григорий Павлович составил расчеты и эскизы как наружной, так и внутренней отделки мечети. Но если само сказочное здание он сумел возвести, то в связи с началом Первой мировой войны, внутренние работы, в том числе и роспись с изображением птиц и текстами из Корана на арабском языке, так и остались незаконченными.
Но это далеко не единственный шедевр гениального архитектора. На этой же улице, выше мусульманской мечети, стоит еще один двухэтажный каменный дом, некогда общежитие ставропольской духовной семинарии, построенный Г. Кусковым в 1906 году. Возведенный из штучного обработанного камня-известняка, в классическом стиле, с затейливой кованной оградой, просторными и светлыми комнатами и залами, небольшой домовой церковью, здание это стало одним из эталонов архитектурного зодчества Ставрополя.
У этого здания сложилась интересная судьба. В советские годы его заняли штабисты Красной Армии. В 1927 году здесь обосновался штаб кавалерийской дивизии Ф. Блинова, принимавшей активное участие в подавлении «кулацких бунтов» во время массовой коллективизации. Кстати, в 1932 году был поднят вопрос о переименовании Ставрополя в Блиновск. Но, как известно, нашли более «достойную» кандидатуру – маршала Ворошилова. Радует тот факт, что на сегодняшний день это здание вновь передано в юрисдикцию епархии.
А здание нынешней городской администрации столицы Ставрополья, как думаете – кто построил? А это бывший Дом губернатора. В начале 20 столетия Григорий Павлович закончил его проектирование. Дом этот стал очередной архитектурной жемчужиной в градостроительном ожерелье Ставрополя. Рисунок фасада из белого кремнистого ракушечника на красном кирпичном фоне, украшенный объемным оконным сандриком, полуколоннами портика, балконом, поддерживаемым четырьмя кариатидами – скульптурными изображениями женщин в древнегреческих хитонах, с кольчужными башенками крыши из покрытых зеленой эмалью пластин притягивали взор.
Внутренняя художественная роспись стен и сводчатых арок, великолепная лепнина, расписанная лучшими альфрейщиками города, мебель из черного и красного дерева, как и прекрасного рисунка паркет, хрустальные люстры, бра, зеркала, тяжелые ковровые дорожки – все это подчеркивало значимость дома в жизни Ставрополя и всей губернии.
К этому можно добавить, что в усадьбе дома был разбит прекрасный фруктовый сад с большим водоемом родниковой воды. Дело в том, что по линии сегодняшнего проспекта Октябрьской революции идет разлом огромной известняковой водоносной плиты, из-под которой выбивались многочисленные источники, питающие тут же старую Воронцовскую рощу, как и Желобовскую и Мутнянскую долины, коих уже давно нет на карте…
Но давайте вернемся к Дому губернатора. Его освящение архиепископом Агафадором произошло в 1902 году. Тогда же порог нового дома переступил Ставропольский губернатор Н. Е. Никифораки. В советское время здание надолго заняли партийные органы. С предоставлением Ворошиловску прав центра созданного Орджоникидзевского края, здание надстроили еще одним этажом.
В период временной оккупации города немецкими войсками в здании разместились многочисленные штабы войск вермахта, где бывал и генерал-фельдмаршал Вильгельм Лист, возглавлявший группу армий «А». При отступлении немцы взорвали здание, но стены выстояли, хотя внутри были полностью разрушены старая лестница и многие комнаты. Пострадали и три кариатиды из четырех.
Но Кусков брался не только за масштабные проекты. К примеру, он становился автором и простых зданий, предназначенных для проживания одной семьи. Однажды Григорий Павлович построил дом и для своего приятеля. Это Дом Торбиных на бывшей Барятинской улице (сегодня Комсомольская).
Сам Адриан Григорьевич Торбин был строительным подрядчиком проектируемых Кусковым зданий, в том числе его будущего дома, возведенного в 1904 году. Фасад здания, в какой-то мере повторяющего рисунок дома губернатора, украсил балкон с литой решеткой, отделанный стилизованными растениями, животными и инициалами хозяина дома, сохранившимися до наших дней.
Здание украсили и две кариатиды, чуть ли не копии тех, что поддерживали балкон Дома губернатора. На тот момент которым являлся Б. М. Янушевич, подавший на Торбина в суд. Не стерпел Бронислав Мечиславович того, что кто-то будет проживать практически в таком же доме, как и сам он – генерал-губернатор. Но кариатиды уцелели и были разрушены лишь в советское время.
Вообще то здание поражало современников богатством и внутренней отделкой. В первую очередь, это пол первого этажа, устланный метлахской плиткой. На второй этаж вела чугунная литая с узорами и рифленой поверхностью лестница, которая сохранилась и сегодня. Гостиный зал был декорирован лепными филенками с растительным орнаментом. Все прочие комнаты также украшали лепные, расписанные красками потолочные украшения и хрустальные люстры. Паркетные полы, изразцовые печи с лепными, барочного типа рисунками, прекрасная домашняя обстановка – все говорило о достатке семьи.
С установлением советской власти семья Торбиных была изгнана из своего дома, где обосновался райком комсомола, а затем и краевое управление связи. После Великой Отечественной войны здесь расположился краевой комитет радиовещания. Сегодня дом Торбиных занимают службы радиокомитета и электросвязи.
Кусков возводил и промышленные здания. Как, например, знаменитую мельницу А. Гулиева на южной стороне бывшей Ярмарочной площади, рядом с железнодорожным вокзалом. Это и двухэтажное здание Земледельческого управления на Нижне Подгорненской улице, сегодня именуемой в честь Победы.
А вместе с инженерами У. Лохановым и А. Борисовым Кусков проектирует торгово-зрелищное здание «Пассаж». Его два этажа сдавали в аренду местным и заезжим купцам под торговые магазины. Помимо этого здесь были и «затеи». Это помещения под театр на 600 мест, под кинотеатр «Модерн» на 200 мест, а также подвальное помещение, в котором вскоре разместился ресторан «Гном», где проходили шумные банкеты. Внутренний двор с чугунной прогулочной галереей предполагали использовать под зимний сад.
«Пассаж» стал самым посещаемым центром торговли и отдыха в городе. Об этом заведении рассказывал в своей пьесе «Торговый дом», которая шла в лучших театрах Москвы и Петербурга, а позже и на театральных подмостках многих городов России, а затем и Европы, наш выдающийся земляк, драматург Илья Дмитриевич Сургучев.
В советское время в театре «Пассажа», переименованным в театр имени В. И. Ленина, наряду со старыми постановками, шли новые: «Любовь Яровая» К. Тренева, «Огненный мост» Б. Ромашова и другие. Здесь начинали свою театральную деятельность, в дальнейшем заслуженные артисты РСФСР, Е. Писарев и М. Никольский.
В 20-ые годы в кинотеатре «Модерн» продолжался показ немых фильмов. Восточное крыло здания, где некогда находились купеческие магазины, было превращено в складское помещение и конторы торговых служб. В 30-ый годы был составлен проект превращения всего здания «Пассажа» в Центр советской культуры. Правда, он так и остался на бумаге. В январе 1943 года гитлеровцы взорвали часть фасада здания, которая, к сожалению, так и не была восстановлена в прежнем виде. Сегодня в «Пассаже» располагаются торговые павильоны, магазинчики и городская филармония.
Григорий Павлович, конечно же, построил дом и для себя, напротив Дома Торбиных на бывшей Барятинской. Этот дом, с большими светлыми комнатами, с замысловатыми каменными рисунками фасада, кованым крыльцом и резной парадной дверью, стал своеобразным клубом ставропольских архитекторов и прочей творческой интеллигенции города. К тому же внутренняя планировка дома предусматривала все удобства. Как для гостей, так и для большой семьи архитектора. Гостиную украшал рояль, на котором музицировали четыре дочери архитектора. В рабочем кабинете главенствовали большой дубовый резной стол и большое резное кресло, кстати, сохранившееся до наших дней.
А как вы думаете, получил ли признание этот выдающийся архитектор? Можно сказать, что нет. Если еще в 1914 году статский советник Григория Павловича Кускова Высочайшим повелением наградили светло-бронзовой медалью «В память 300-летия царствования Романовых», то после революции признание растаяло.
В первые же годы советской власти Г. Кускова, как «церковного строителя» со всей семьей вышвырнули из дома, и он вынужден был поселиться в двух маленьких комнатушках старенького флигеля своей усадьбы. Несмотря на то, что в годы советской власти Григорий Павлович работал на руководящих должностях в строительном отделе Ставропольского Совета народного хозяйства и губисполкома, читал лекции на Красных архитектурно-дорожных курсах «десятников» и в Ставропольском институте сельского хозяйства и мелиорации, ему не только не позволили возвести хотя бы одно строение в городе или крае, но и не разрешили вернуться в свой дом.
В начале 20 века Григорий Павлович много занимался ремонтом и восстановлением домов, расположенных на главном проспекте города — Николаевском (ныне – проспект К. Маркса). Благодаря его профессионализму, таланту архитектора были спасены от разрушения, а в отдельных случаях и от сноса здания, занесённые сегодня в список памятников архитектуры и искусства. Благодаря ему многие творения зодчих 19 века не канули в Лету, стоят уже более сотни лет, и будут еще долго радовать сердца потомков.
Но скончался Кусков в полной безызвестности в 1937 году. А могила его надолго затерялась на старом Успенском кладбище. И лишь не так давно, она все же была найдена. На ушедшей в землю надгробной плите была лишь незамысловатая эпитафия: «Инженер Григорий Павлович Кусков, скончался 9.7.1937 г».
А какая память, кроме строений, осталась от инженера? Дочери Кускова, а затем и его внучка Натэлла Захаровна, сумели сохранить многое из рабочего кабинета выдающегося строителя, а также вещи из гостиной, в том числе и старый рояль. Все это, по-хорошему, необходимо вернуть в дом Григория Кускова и открыть в нем музей памяти всех архитекторов старого Ставрополя, коих город насчитывает не меньше восьмидесяти человек. Но пока это только в мечтах краеведов…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *